Воспоминания Баркина Василия Прохоровича (К 75-летию Победы в Великой Отечественной войне) 

14 апреля 2020 г. 17:57:00

     В сентябре 1940-го года я был призван в ряды Красной Армии и служил в небольшом приграничном городе Станислав (ныне город Ивано-Франковск), который находился в 65 километрах от Румынской границы.

В городе дислоцировались два танковых (29-й и 30-й) и авиационный полк

Службу проходил я в 30-м танковом полку, во взводе управления, радистом.

     Перед началом войны наши приграничные воинские части очень часто проводили учения. И вот 21 июня 1941 года, к исходу дня, мы прибыли с учений в расположение своей части.

     Утром, в 4 часа, дневальные дали сигнал «Подъём - боевая тревога». Все быстро повскакивали, быстро обмундировались – и в парк, где располагались танки. Стали их заправлять горючим, заряжать боеприпасами, приводить в боевую готовность.

     В это время часовые, находившиеся на постах, в ночь на 22 июня рассказывали нам, что неспокойно прошла ночь6 у границы слышался гул танковых и самолётных моторов, а перед рассветом были слышны выстрелы орудий и страшный гул пролетавших со стороны границы немецких самолётов.

     Мы в составе 30-го танкового полка и другие приграничные части стали быстро следовать к границе, к городу Черновицы,  которые располагались в семи километрах от румынской границы.

      В пути следования к границе я слышал орудийную канонаду, а армада немецких самолётов противника проносилась в нашу сторону.

      К исходу дня 22 июня мы прибыли к Черновицам. На окраине города часть танков были врыты в землю, как огневые точки, а остальные были замаскированы и находились на исходном рубеже.

      Приток Днестра разделял рубеж между нашими и немецкими войсками.

      По прибытию наших приграничных войск к границе мы увидели, что пограничники уже вели кровавый бой с превосходящими силами противника. Тут большими силами под прикрытием немецких самолётов и артиллерии переправлялись вражеские войска.

      Был приказ командования стоять насмерть. Но наше командование, видя, что подкрепления нам нет и не будет, а немцы наседают  большими соединениями во взаимодействии с артиллерией и авиацией, решило дать приказ об отступлении. С большими боями и потерями, нанося существенный урон противнику, мы двинулись вглубь страны.

Советской  авиации  на нашем направлении почти не было. Я сам очевидец всех этих событий. Теперь можно говорить сущую правду о начале войны. О том, что среди нашего некоторого  командования были предатели и трусы, а простые солдаты расплачивались своей собственной жизнью.

     На моих глазах, когда я был начальником радиостанции 5-АК -1,смонтированной на полуторке, которая была выведена из строя попаданием немецкого снаряда, погибло много товарищей.

     С остатками экипажа радистов мне пришлось пересесть на броню танков БТ-7.

     Командир батальона танкистов отдал приказ идти в контратаку на немецкие батареи и танки. Когда стали подавления артиллерии сближаться с танками, я соскочил с брони танка, которым управлял мой земляк из станицы Каргинской Иван Маркович Семёнов (с которым в детстве вместе росли и дружили), и невдалеке, на бурячном поле Западной Украины, я вёл наблюдение за танковым сражением. Танки сближались, но на таран не шли.

Экипаж Семёнова подбил три немецких танка, а затем был подбит и сам. Экипаж сгорел на моих глазах. Это было ужасно…

         К исходу дня контратаку немцев всё же удалось отбить. Танковый полк собрался на сборный пункт. Когда стали подсчитывать потери, то оказалось, что после  этих боёв, от полка осталась одна треть.

Вскоре был получен приказ Сталина отходить, планомерно изматывая силы противника. И тут пошла полная неразбериха: кто сражается, кто отступает, а кто попадает в окружение немцев.

(16.04.1991г., ветеран Великой Отечественной войны В.П.Баркин)

Отправить в Твиттер
Для данного сообщения комментарии запрещены.
Карта сайта | Версия для печати | © 2009 - 2020 Администрация Боковского района Ростовской области